Идти — не идти: «Аллея кошмаров» — стилизация под классику нуара от Гильермо дель Торо

С 20 января в российских кинотеатрах можно увидеть «Аллею кошмаров» — новый фильм Гильермо дель Торо и его возвращение на большие экраны после триумфа на «Оскаре» с «Формой воды». В очередной своей картине мексиканский режиссёр становится всё более «американским» — и дело не только в россыпи голливудских звёзд, украшающих каждый кадр «Аллеи кошмаров», но и в чисто американской эстетике классического нуара, которая определяет природу фильма. Шеф-редактор «Канобу» Анастасия Седова называет четыре причины, почему всё же стоит увидеть новую ленту дель Торо.

Интересный криминальный сюжет

«Аллея кошмаров», как и многие фильмы классики нуара, базируется на литературном первоисточнике — одноименном бестселлере писателя Уильяма Линзи Грэшема. В 1947 году роман уже экранизировался режиссёром Эдмундом Гулдингом, но дель Торо представляет своё прочтение.

В центре сюжета — молодой мужчина Стэн Карлайл (Брэдли Купер), который после смерти отца оказывается в труппе бродячих карнавальных артистов. Пообщавшись с их главой Клемом (Уиллем Дефо), местной гадалкой Зиной (Тони Колетт) и её мужем — бывшим менталистом Питом (Дэвид Стрэйтэйрн), — Стэн узнаёт секреты их бизнеса. Например, как с помощью приманки из дешёвого алкоголя с добавлением опиума заставить бродягу есть живых куриц на потеху публике, как с закрытыми глазами угадывать предмет, находящийся в руках у ассистентки фокусника с помощью кодовых слов, как читать аудиторию и заставить её поверить в способность артиста видеть призраков. А главное — как дурачить людей и зарабатывать на этом неплохие деньги.

Овладев секретами мастерства, герой решает открыть собственный бизнес по обману богачей и, прихватив с собой из балагана миловидную мисс Молли (Руни Мара), переезжает в большой город. Там пара влюблённых действительно имеет успех — Стэн и Молли собирают залы с респектабельной публикой, отгадывая, что находится в карманах у зрителей, и демонстрируя чудеса психоанализа, выдавая это за телекинез.

Всё это работает до тех пор, пока в их жизнь с заманчивым, но опасным предложением не врывается загадочная женщина-психоаналитик (Кейт Бланшетт). Один из её отчаявшихся клиентов, уважаемый в городе судья, искренне верит в сверхъестественные способности фокусника Стэна и хочет нанять его, чтобы тот помог им с женой поговорить с недавно погибшим сыном. Главный герой поддаётся искушению и вопреки уговорам Молли соглашается провернуть крупную аферу при помощи вступившей с ним в сговор психоаналитика. Однако последствия выбора Стэна будут фатальными для всех участников истории.

Литературная основа «Аллеи кошмаров» напоминает о себе от первой сцены и до последней. Кольцевая композиция, многочисленные сюжетные крючки, которые срабатывают в разных частях фильма, психологизм в проработке персонажей, криминальная интрига вкупе с предчувствием неотвратимости рокового финала и скрупулёзно прописанные диалоги делают фильм больше похожим на классическую театральную постановку, но не позволяют оторвать взгляда от происходящего на экране ни на секунду.

Эстетика нуара и декаданс

Гильермо дель Торо никогда не были чужды отдельные элементы эстетики нуара — в своих картинах он использовал и эпоху, характерную для первых нуаров («Лабиринт Фавна», «Хребет дьявола»), и тему обречённой любви («Форма воды»), и общие декаданс и винтажность визуального ряда. Однако вплотную к нуарной концепции он подошёл лишь с «Аллеей кошмаров».

В его новом фильме присутствуют все основные паттерны этой эстетики — как визуальные, так и драматургические. Сеттинг Америки конца 1930-х — начала 1940-х годов с отголосками Второй мировой войны и Великой депрессии, неоднозначный герой с призраками из прошлого, каноничная томная femme fatale, прочная литературная основа. И, конечно, использование традиционного приглушённого освещения героев с горизонтальным разделением света и тени, а также неоновые вывески, маркирующие самые злачные места и подсвечивающие экзистенциальную потерянность героев.

Для большего эффекта дель Торо даже намеренно использует маскировку «под старину», применяя съёмку с нижних ракурсов и монтажные переходы через каше (специальную заслонку, сужающую кадр). Всё это как минимум выглядит очень стильно, а как максимум — доводит до совершенства привычный киноязык режиссёра. И в этот раз — даже без загримированного под монстра Дага Джонса.

Звёздный каст

Основа промо-кампании «Аллеи кошмаров» — полный набор популярных голливудских актёров. Но никто из звёзд здесь не кажется лишним и назначенным на свою роль только ради продвижения картины. С образом ушлого и беспринципного хозяина циркового балагана прекрасно справляется Уиллем Дефо, с ролью стареющего местного силача — любимец дель Торо Рон Перлман. Наивная, но по-своему мудрая девушка Молли — идеальное амплуа для Руни Мары. Её полная противоположность — роковая женщина-психоаналитик с собственными целями и жаждой власти, пусть и слегка театрализованно, но убедительно вышла у Кейт Бланшетт.

С исполнителем главной роли Брэдли Купером другая история. В январе российские зрители могут увидеть актёра сразу в двух крупных проектах западных режиссёров — помимо «Аллеи кошмаров» он появился в качестве второстепенного персонажа «Лакричной пиццы» Пола Томаса Андерсона. Его выступление в ностальгическом ромкоме, где Купер сыграл эксцентричного мужа Барбары Стрейзанд, — короткое, но невероятно яркое. Оттого приходится сравнивать этот фактурный образ с главной ролью у дель Торо — и вполне возможно, что не в пользу последнего. Однако нужно держать в голове, что в «Аллее кошмаров» Брэдли Купер играет классического героя нуаров — мчащегося за лёгким заработком бродягу с криминальным прошлым. И выглядит он в этом образе более чем к месту.

Философия Гильермо дель Торо

«Аллею кошмаров» можно с абсолютной уверенностью считать апогеем особой философской концепции самого дель Торо, которая прослеживалась во всех предыдущих лентах режиссёра. Постановщик всегда питал страсть к проявлениям монструозности — чудовищам, которые чаще всего оказывались в его фильмах куда гуманнее большинства людей. Тему реабилитации мнимого зла можно проследить в «Лабиринте Фавна», «Хеллбоях», «Хребте дьявола», «Форме воды» — но особенно стройно и наглядно она отражена именно в «Аллее кошмаров».

Вопреки названию, в фильме нет ничего потустороннего, хотя дух инфернальности веет от каждого кадра — во многом благодаря сеттингу фрик-шоу. Но главными монстрами в новой картине мастера оказываются люди и их подсознательные страхи. И именно эти чудовища плодят себе подобных — людей-зверей, готовых жить в клетке и отказаться от всего человеческого ради бутылки горячительного.

Всё это — на фоне глобальных событий, отголоски которых доносятся до нас в обрывках фраз из радио и через заголовки газет. «Ты слышал, что тот коротышка с внешностью Чарли Чаплина полез на Польшу? — как бы между делом говорит Стэну герой Уиллема Дефо. Час зверя на дворе, так чему удивляться? — намекает дель Торо.

Что может смутить

И всё-таки не стоит заблуждаться — «Аллея кошмаров» это не классический нуар, а очень умелая стилизация под него в цвете и с современными кинозвёздами.

Нуар — это не только набор конкретных приёмов и условный сеттинг, но и масштабное культурное явление, жёстко детерминированное социальными условиями. Великая депрессия и Вторая мировая война, умножавшие нищету и неравенство, заставляли как зрителей, так и режиссёров искать новых героев — и противоречивые персонажи нуара были своевременным отражением таких потребностей. Эти фильмы, хоть и снимались режиссёрами, ныне признанными классиками кино, вроде Орсона Уэллса, Фрица Ланга и Джона Хьюстона, но считались почти крамольными из-за криминальных элементов в сюжете и благодаря Кодексу Хейса — своду этических правил для кинопроизводителей, запрещавшему выпускать в широкий прокат ленты с демонстрацией насилия, оружия и откровенными сценами.

В 2022 году мы можем посмотреть «Аллею кошмаров» в любом кинотеатре, восхититься умением дель Торо деконструировать классический нуар и насладиться пышностью его декаданса, но это по-прежнему останется лишь пытливым взглядом из будущего в прошлое. И порой это очень заметно.

Некоторые сцены и герои здесь выглядят чересчур театрализованными и условными, а действие, закрученное в основном на отличных диалогах, может показаться слишком неспешным и даже статичным. Взять хотя бы femme fatale Кейт Бланшетт, слепленную из нуарных клише. Она томно растягивает фразы, неспешно проходится в кабинетном полумраке перед героем Брэдли Купера и сексуально курит. Это действительно эстетично в рамках стилизации под нуар, но у массового зрителя такая гротескность может вызвать недоумение.

То же относится и к сюжетной предсказуемости — хотя отчасти странно винить в этом экранизацию давнего литературного бестселлера, да ещё и снятого по канонам известного жанра. Едва ли кого-то может удивить, что холодная и расчётливая роковая женщина в конце предаст наивного героя, — но не в рамках картины мира современного киномана, как огня избегающего сюжетных спойлеров.

«Аллея кошмаров» явно целится в фанатов самого дель Торо и в ностальгирующих по «Мальтийскому соколу» и «Печати зла». Для остальных же она покажется, скорее, чем-то старомодным. Но на широкую аудиторию мексиканский режиссёр, никогда не отступающий от собственных идей, едва ли рассчитывает.




Average Rating

5 Star
0%
4 Star
0%
3 Star
0%
2 Star
0%
1 Star
0%

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Close
Adblock
detector